КРАСУЙСЯ, ГРАД ПЕТРОВ! К ГОДОВЩИНЕ ПРОРЫВА БЛОКАДЫ
Владимир Рудаков, главный редактор журнала «Историк» @istorikrf
Ровно 83 года назад в ходе операции «Искра» была прорвана блокада Ленинграда и восстановлено сообщение города с остальной страной. 872 дня и 872 ночи — ровно столько длилась блокада, одно из самых страшных преступлений, совершённых нацистами в годы Второй мировой войны. Только в декабре 1941 года город потерял 52 881 человека, январь и февраль 1942-го унесли жизни 199 187 жителей — эту печальную статистику можно продолжать и продолжать. В этот период суточная норма выдачи хлеба рабочим и инженерно-техническим работникам опускалась до 250 г на человека. Служащие же, иждивенцы и дети и вовсе получали мизерные 125-граммовые кусочки блокадного хлеба в день. Разрежьте килограммовую буханку чёрного хлеба на восемь частей, и вы получите представление о тех блокадных нормах…
В том, что это был именно геноцид, нет сомнения даже у немцев. «Блокада возникла никак не по соображениям военной необходимости, а была прежде всего средством геноцида», — признаёт современный германский историк Йорг Ганценмюллер. Документы нацистского командования говорят сами за себя. Вот выдержка из директивы начальника штаба Военно-морских сил Германии от 29 сентября 1941 года: «Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населённого пункта не представляет никакого интереса. Финляндия точно так же заявила о своей незаинтересованности в существовании этого города непосредственно у её новых границ». План уничтожения Ленинграда был предельно жесток, он не оставлял населению никаких шансов. «Предполагается окружить город тесным кольцом и путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбёжки с воздуха сровнять его с землёй. Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения», — говорилось в директиве.
Всего за время блокады погибло до 1,5 млн человек — горожан, бойцов Красной армии, беженцев из окрестных районов Ленинградской области, попытавшихся спастись за городскими стенами от стремительно наступавших летом 1941 года гитлеровских войск. Свыше 90% погибших жителей — это жертвы страшного голода, ставшего следствием тотальной блокады. О том, что это были за люди — те, кто умер, и те, кто выжил в этой страшной блокаде, — мы можем судить по огромному числу свидетельств. Одним из них я дорожу особенно. Это воспоминания литературоведа Виктора Мануйлова, которые он назвал «Записки счастливого человека». Всю войну Мануйлов провёл в блокадном Ленинграде, отвечая в качестве уполномоченного президиума Академии наук СССР за сохранность не вывезенных на большую землю документов, касающихся жизни и творчества Александра Сергеевича Пушкина. В мемуарах Мануйлова есть такие строки: «10 февраля [1942 года] по давней традиции мы отметили день памяти Пушкина. У двери в мемориальную квартиру собрались пять человек. Мы встречались до войны на собраниях Пушкинского общества, но так изменились за месяцы блокады, что не сразу узнали друг друга. На дворе никого не было. Мы молча постояли, потом кто-то тихо, но уверенно сказал: «Красуйся, град Петров, и стой неколебимо, как Россия!» И разошлись».
27 января 1944 года советские войска полностью деблокировали город на Неве. Град Петров не просто выстоял — один из крупнейших центров советского военно-промышленного производства на протяжении всей войны поставлял фронту танки, миномёты, винтовки, снаряды. Ленинградский фронт сражался, сковывая значительные силы врага, которые тот так и не смог перебросить ни к Москве, ни к Сталинграду, ни на Курскую дугу.
